Конфликт акционеров «Макси-Групп»: использование силовиков для вывода активов и отъема собственности

Похоже, что конфликт уральского предпринимателя Николая Максимова с ОАО «Новолипецкий металлургический комбинат» (НЛМК) окончательно вышел за рамки правового поля. Недавно следователь по уголовному делу, возбужденному против Максимова, отказался приобщить к материалам расследования экспертное заключение, доказывающее факты умышленного вывода активов из ОАО «Макси-Групп», некогда принадлежавшего самому Николаю Максимову, в пользу ОАО НЛМК. Согласно заключению, ключевым фактором, который обусловил банкротство компании и невозможность рассчитываться по долгам, стали действия менеджеров, назначенных руководить «Макси-Групп» из НЛМК.

Экспертное заключение, в котором на 50 страниц аргументировано доказывается фактическое разграбление «Макси-Групп», было направлено следователю еще в начале этого года. Однако внимательно изучать представленную фактуру в полиции не собираются. Поводом для формального отказа в приобщении материалов к делу послужил тот факт, что, по мнению следователей, Николай Максимов не представил документов, объясняющих, в чью пользу была проведена данная экспертиза.

Подобное поведение следствия лишний раз доказывает: проводить действительное расследование в уголовном деле, возбужденном против бывшего владельца ОАО «Макси-групп», никто и не собирается. Как неоднократно заявлял сам Максимов, единственная цель уголовного дела – оказать на него давления и ничего общего с реальным правосудием этот процесс не имеет. Впрочем, стоит отметить, что всю историю так нызваемого сотрудничества предпринимателя Николая Максимова с ОАО НЛМК с самого начала можно назвать игрой в одни ворота. Причем, игрой без правил.

Интерес к ОАО «Макси-групп» НЛМК проявила еще в 2007 году. Тогда и предприниматель Николай Максимов был заинтересован в сотрудничестве с крупным инвестором – как ему тогда казалось, это помогло бы развитию созданного им бизнеса. В результате в конце 2007 года Максимов заключил с НЛМК сделку о продаже 50% плюс одной акции своей компании в обмен на серьезные инвестиции и дальнейшее развитие бизнеса уже под крылом крупного металлургического гиганта. На этапе подписания сделки НЛМК не скрывала своего интереса к бизнесу Максимова – ОАО «Макси-групп» работало в сегменте сортового проката, который НЛМК только планировал развивать. Именно коммерческие интересы НЛМК в новом для комбината сегменте были официально озвучены компанией как причина покупки «Макси-Групп» и партнерства с Николаем Максимовым. Но вот совместного ведения бизнеса от НЛМК Николаю Максимову добиться так и не удалось. Даже несмотря на официально подписанное акционерное соглашение, закрепившее соответствующие договоренности.

Одним из параметров соглашения было закрепление оперативного оправления «Макси-Групп» за Николаем Максимовым и его менеджерской командой.

Изначально НЛМК претендовал лишь на роль стратегического инвестора, а развитие предприятий должно было быть продолжено под управлением людей, создавших из технологически отсталых предприятий советского образца современные металлургические заводы. Это было одним из ключевых условий, при котором Максимов был готов продать контрольный пакет акций.

В 2008 году собственность и контроль над «Макси-Групп» официально перешли к НЛМК. С этого момента и начались расхождения между тем, о чем договаривались стороны и тем, что происходило в реальности. Одним из первых действий НЛМК в новом качестве стал созыв внеочередного собрания акционеров в марте 2008 года, на котором были приняты судьбоносные для «Макси-Групп» решения: прекращены полномочия генерального директора компании Александра Логиновских, вместо него был назначен Валерий Шевелев – председатель совета директоров ОАО «ВИЗ-Сталь» и директор по электротехническим сталям НЛМК. Кроме того, гендиректором ЗАО «Нижнесергинский метизно-металлургический завод» (НСММЗ – главное предприятие ОАО «Макси-Групп») был назначен еще один представитель структур НЛМК - Денис Самсиков, , которого в среде металлургов считают приближенным к владельцу НЛМК Владимиру Лисину.

Новых управленцев НЛМК назначило не случайно: никаким развитием предприятия пришедшие управленцы заниматься и не думали. Факты говорят о том, что их единственной целью было обеспечить вывод из «Макси-Групп» рентабельных активов, а самого Максимова лишить каких-либо рычагов влияния на компанию. Сделано это было следующим образом: в январе 2008 года Максимов предоставил «Макси-Групп» заем, предназначенный на реализацию инвестиционной программы в размере около 7,5 млрд. рублей сроком на 1 год и с правом досрочного истребования. В результате невыполнения НЛМК своих обязательств в рамках соглашения акционеров в части рефинансирования задолженности «Макси-Групп» эти средства стали расходоваться нецелевым образом. В сложившейся ситуации Максимов принял единственное логичное решение – истребовать свои средства.

Возврат был осуществлен, но лишь частично – в размере около 6 млрд. Осталась задолженность – около 1,5 млрд. В августе 2008 Максимов повторно направил в «Макси-Групп» уведомление о возврате и получил неожиданный ответ от ставленника НЛМК Шевелева: компания намерена продолжать использовать средства Максимова по собственному усмотрению. Более того, Шевелев в своем ответе попытался принудить Максимова вновь предоставить 6 млрд, которые ранее ему были возвращены.

Аналогичный заем был предоставлен «Макси-Групп» и от НЛМК. После истечения его срока компания не вернула деньги, что стало формальной причиной начала аукционов, на которых активы компании ушли с молотка в прямую собственность комбината. Ответственным менеджером, уведомившим НЛМК о том, что у компании нет средств, и более того, она согласна с тем, что активы должны быть проданы по цене, ниже рыночной, был все тот же Шевелев. Очевидно, что в данной ситуации он лишь выполнял чужие указания итогом которых стало отстранение Макисмова от управления компанией и ее фактический развал.

Но и это еще не конец истории. Пожалуй, главным «подвигом» нового «эффективного управленца» Валерия Шевелева можно считать тот факт, что в итоге он обвинил Максимова в совершении уголовного преступления: дескать, предприниматель во-первых, забрал из компании 6 млрд рублей, нанеся ей умышленный ущерб, а теперь еще и отказывается вернуть 1,5 млрд рублей. Те самые средства, которые «Макси-групп» задолжала предпринимателю и которые так и не вернула. Парадокс, однако, заключается в том, что на основании заявлений Шевелева, которые, естественно, не подкреплены никаким фактическим материалом, против Максимова заводится уоговное дело. Фактически основанием для его возбуждения стал ложный донос со стороны Шевелева. Более того, сам факт ложного доноса установлен судом. Но почему-то правоохранительные органы усилинно уклоняются от расследования этого факта, который, казалось бы, просто лежит на поверхности. Не проводятся расследования и в отношении того, почему в нарушении всех подписанных соглашений на «Макси-групп» прошли все изменения в руководстве. Более того, из компании были выведены все активы, а сама «Макси-групп» на сегодняшний день является банкротом. Все эти обстоятельства российские правоохранители, похоже, предпочитают просто не замечать. А материалы, содержащие существенные факты с точки зрения беспристрастного расследования всех обстоятельств банкротсва компании, следствием просто игнорируются.

Таким образом, одним из ключевых факторов, обусловивших развитие конфликта вокруг «Макси-Групп», стала смена менеджмента, которой по изначальному соглашению вообще не должно было быть. Менеджмент сменили в нарушение соглашения, но для чего и в чьих целях? Очевидно, что перемены были произведены не в интересах компании, а в интересах одного из ее акционеров. Почему же правоохранительные органы не расследуют эти факты? Почему подтверждение судами факты ложного доноса не являются основанием для объективного расследования в отношении действий менеджмента, назначенного НЛМК? А сам ложный донос ( несмотря на все доказательства его лживости, которыми обладает следствие) является до сих пор основой для уголовного дела и удерживания ареста активов.

Недавний отказ следствия приобщить к материалам дела экспертное заключение о намеренном выводе активов из ОАО «Макси-Групп» в пользу ОАО НЛМК в период с 2008 по 2011 годы – лишь один из множества аналогичных абсурдных решений, которыми изобилует многолетняя тяжба уральского предпринимателя Николая Максимова с НЛМК. История с «Макси-Групп» показательна еще и потому, что в ней во всей красе проявляются ключевые недостатки ведения бизнеса в России. А ведь создание благоприятной бизнес-среды, привлекательного инвестиционного климата были названы одними из главных задач экономической программы избранного президента Владимира Путина. Очевидно, однако, что до тех пор пока в нашей стране будет действовать «одностороннее правосудие», как это происходит в конфликте НЛМК с бывшим владельцем «МаксиГрупп», причем при непосредственном участии правоохранительных и судбеных органов, решить вопрос о благоприятной бизнес-среде в нашей стране можно будет еще очень не скоро.

Куда убежали деньги? или Детективная история о том, как вывести из страны миллиард долларов за одну неделю

По самым приблизительным оценкам финансовых экспертов, в прошлом году из России за рубеж было переведено более 84 миллиардов долларов. Стоит заметить, что эта цифра складывается из официально существующих данных о банковских переводах, покупок активов и прочих финансовых документов, имеющих происхождение в бухгалтериях легальных компаний. Соответственно, о реальных суммах «утекших денег» мы можем только догадываться. Те же эксперты рынков, догадываясь, называют около 1 миллиарда в день…

Проблема с многомиллиардным оттоком капитала возникла не в 2012-ом, а еще в конце 2010 года - тогда за три только последних месяца страну покинуло около 20 миллиардов долларов (примерно две трети от всего объема за 2010 год). Аналитики предполагали, что из России «уходили» в основном деньги, связанные с бизнесом окружения бывшего мэра Москвы Юрия Лужкова. Но после отъезда «семьи Батуриных» ситуация не нормализовалась, а скорее наоборот. «Бегство денег» продолжилось, более того, оно еще и ускорилось. В прошлом году были примеры «белой» эмиграции денег – например, дочь миллиардера Дмитрия Рыболовлева за 88 миллионов долларов приобрела самую дорогую квартиру на Манхэттене в Нью-Йорке, а ее папа купил себе футбольный клуб «Монако». Кто-то вкладывается во Францию, а кто-то - «по старинке» - в Лондонскую недвижимость. Роман Абрамович купил в Лондоне старинный особняк Lindsey House за 150 миллионов долларов на «улице миллиардеров» Kensington Palace Garden. Алишер Усманов приобрел себе «дачу» в Северном Лондоне, цена покупки – 96 миллионов. Все эти сделки легальные. А сколько нелегальных, то есть «черных»? Модный тренд прошедшего года «ПораВалить!» имеет вполне реальное, физическое воплощение – только валят не люди, валят деньги. И это не сбережения среднего класса, не пенсии и не стипендии, - из России на запад «уплывают» целые состояния. Причем именно те состояния, которые были сколочены в мутной воде 90-х. Чего и кого бояться олигархи, от кого они бегут?

Европейские финансисты и журналисты, с интересом изучавшие этот вопрос, находят вполне логичный ответ – мол, эпоха стабильности в России близится к финансовому финалу, который примет весьма грозные очертания в разгар «второй волны» мирового финансового кризиса, которая накроет Россию осенью этого года. Кроме того, российские олигархи якобы опасаются усиления власти нового-старого Президента, который, в отличие от своего преемника, именно в это время и затянет пояса всей стране, и начнет с богатых. Непомерную «социальную ответственность» олигархи терпеть не намерены, и потому начинают (продолжают) хаотично выводить миллионы (миллиарды). Но эта версия, повторюсь, очень логичная с экономической точки зрения, не учитывает т.н. «ментальный фактор» русского бизнеса, без понимания которого очень трудно объективно оценить истинное состояние умов т.н. «бизнес-элиты» страны. С начала 90-х, когда за «лишнюю тысячу» могли убить (взорвать, зарезать), и вплоть до сегодняшнего дня, когда за «лишний миллиард» могут отобрать бизнес, не изменилась одна главная черта «российского олигарха» - стремление украсть и украденное спрятать. Где? Естественно, не в родной стране…

Как вывести деньги – вопрос несложный. Ответов, то есть схем, множество. Для того, чтобы на практике объяснить механизмы этих финансовых махинаций, лучше всего для примера избрать крупную компанию. А еще лучше – очень крупную.

Эта история началась 22 августа 2008-го года, когда «первая волна» кризиса окатила Россию своим холодным душем. В этот день Совет Директоров ГМК «Норильский Никель» принял решение о приобретении собственных размещенных на рынке акций в количестве 7 947 000 штук, что составляет 4,2% уставного капитала компании. Сразу же отметим, что «ЗА» это решение (именуемое на языке экономистов Buy-Back) проголосовали 5 человек, представляющих одного из акционеров – компанию «Интеррос» - Потанин, Бугров, Клишас, Левит, Шиммельбуш. Против обратного выкупа акций голосуют акционеры «РУСАЛа» - Дурипаска, Булыгин, Прохоров. Интересная деталь: цена одной акции для цели выкупа была определена в размере 6 167 рублей, тогда как рыночная ставка (по данным ММВБ) составляла менее пяти рублей за акцию, то есть на 20% меньше цены, установленной Советом Директоров. В этот момент каждый первый студент экономического факультета любого ВУЗа сказал бы вам, что нарастающий кризис еще больше снизит цены на акции ГМК, и самому ГМК эта сделка невыгодна ну никак. Но представителей «Интерроса» это не смущало.

Через 2 месяца, 24 октября, по требованию Михаила Прохорова было проведено экстренное заседание Совета Директоров, в повестке дня которого значился и вопрос об отмене решения о выкупе акций по таким, убыточным для ГМК ценам. Несмотря на то, что несоответствие цены выкупа акций их рыночной стоимости было очевидным, против отмены ранее принятого решения проголосовала все та же «пятерка интерросовцев» (фамилии см.выше). Важно отметить, что представители «Интерроса», если следовать нормам законодательства, по этому вопросу повестки дня Совета Директоров голосовать вообще не могли (!), так как являлись стороной заинтересованной (инициированные «Интерросом» сделки уже находились в стадии заключения, в таком случае закон запрещает голосовать заинтересованной стороне). Но «великолепная пятерка» не только еще раз проголосовала «ЗА» себя. Она еще и настояла на том, чтобы ГМК покупал собственные акции стоимостью 13 311 225 000 рублей за 49 009 149 000 рублей (эта сумма была выделена ГМК на «спецоперацию»). То есть - дороже почти в 4 раза! Зачем акционерам ГМК наносить ущерб своей же компании? Какой смысл, спросите вы? А смысл – исключительно финансовый. Провернуть такую сделку может быть выгодно только в том случае, если в ходе ее реализации свою «оффшорную прибыль» получит только один из акционеров, а именно - «Интеррос». Чуть позже «Норильский Никель» устами своего руководства признает, что обоснованная рыночная стоимость выкупленных бумаг составила в итоге 15 308 250 593 рубля. Эта стоимость и будет отражена в налоговой декларации по залогу на прибыль как «обоснованные расходы на приобретение собственных акций».

Получается, что 34 миллиарда потраченных денег компании - необоснованные расходы?!

Вы доверите управление своей компанией людям, которые «по ошибке» потеряли 34 миллиарда рублей вместо того, чтобы, например, выплатить дивиденды по результатам года, то есть обеспечить акционерам абсолютно законную прибыль? Вряд ли. Но вот вопрос – а «потеряли» ли они этот миллиард долларов? И куда они его потеряли?

Дело в том, что в случае, если бы ГМК принял решение о выплате дивидендов, «команде Потанина» (читай – «Интеррос») не достались бы все 49 миллиарда рублей, которые ГМК готовы были тратить на выкуп акций по завышенным ценам. У Потанина в ГМК только 25%, значит, пришлось бы делиться и дивидендами. А кому же хочется делиться, если есть такая чудесная лазейка, как Buy-Back, который можно провернуть, пользуясь поддержкой «своего» Совета Директоров (Потанин контролирует там большинство голосов). Впрочем, любой экономист и юрист резонно заметит, что сам по себе выкуп акций по завышенным ценам не является нарушением или преступлением, так как компания по идее должна предоставить всем акционерам равные права по предъявлению акций к выкупу. В соответствии со статьей 72 ФЗ «Об акционерных обществах» каждый акционер – владелец акций определенных категорий (типов), решение о приобретении которых принято обществом, вправе продать указанные акции, а общество обязано приобрести их. В случае, если общее количество акций, в отношении которых поступили заявления об их приобретении обществом, превышает количество акций, которое может быть приобретено обществом, акции приобретаются у акционеров пропорционально заявленным требованиям. В случае принятия акционерным обществом решения о выкупе собственных акций, все акционеры пользуются равным правом на продажу своих акций. Преимущественное право продажи обществу принадлежащих акционеру ценных бумаг законом не предусмотрено.

Но это по идее и по закону. А что на деле? Следите внимательно, дальше начинается детектив.

Согласно информационному сообщению, размещенному на сайте ГМК, по состоянию на 29 октября 2008-го года было подано 5 094 заявления от акционеров о продаже в общей сложности 110 530 008 обыкновенных акций (около 58% от общего количества размещенных акций). То есть коэффициент выкупа составлял 0,07. Из 100 акций, предъявленных к выкупу, «Норильский Никель» мог купить только 7. Именно такая пропорция должна была быть применена ко всем акционерам, предъявившим акции к выкупу.

Но все произошло по-другому…

24 декабря 2008 года ГМК «Норильский Никель» заключает договора на выкуп акций с компаниями Scotlandhill Management Limited, Bardance Holdings Limited, Hudson Global Enterprises Inc, Meredith Management Services Limited, Turpile Holdings Co. Limited. Первые две из этих компаний (Scotlandhill и Bardance) прямо в день продажи (!) акций «Норильскому Никелю» купили их у некой Astel Ventures Limited, которая накануне (!) купила их у Interros International Investment Limited. То есть, грубо говоря, у «команды Потанина». Две остальные компании из этого «оффшорного списка» - Hudson, Meredith и Turpile – решили и вовсе не прятаться за хитроумными схемами, и перед продажей акции ГМК купили их напрямую у Interros. Все настолько просто, что и прятаться (ради приличия) никто даже не стал – например, часть договоров от имени оффшорных компаний продавцов подписывал один и тот же сотрудник .... «Интерроса».

Ребятам из «Интерроса» эта схема «заработка» так понравилась, что 29 декабря начался второй этап пресловутого Buy-Back.

29 декабря, спеша, прямо под Новый Год, ГМК заключает новые договора на выкуп акций с компаниями Sutabaso Holdings Co. Limited, Silesia Investment Holdings Limited, Marpante Trading Limited и The Bank of New York International Nominees. Внимание – у всех этих компаний ГМК выкупает удивительно одинаковое количество акций – по 571 381. Еще по (опять ровное количество) 503 959 акций ГМК в тот же день выкупает у Otter Assets Limited, Spoken Word Limited, Blanca Trade&Invest Limited, и уже знакомой Turpile Holdings Co. Limited. Так не бывает в природе, воскликнете вы. Нет, бывает, если все эти новоиспеченные акционеры купили акции «Норильского Никеля» у хорошо знакомой Astel Ventures Limited, которая, как мы уже догадались, за день до этого купила их у Interros International Investment Limited!

Менеджмент ГМК настолько потерял стеснение и стыд, что оплачивал покупаемые акции еще до их поступления на свой счет в реестре акционеров (договоры по выкупу акций предусматривают оплату в течение 15 дней после зачисления акций на счет покупателя). Ну а чего стесняться, у самих себя же покупаем (задорого)…

Итог этой чудесной предновогодней сделки таков – из 49 миллионов рублей, направленных «Норильским Никелем» на выкуп собственных акций, 40 миллиардов получил на свои счета столь близкий сердцу Владимира Потанина «Интеррос». Неплохо заработал за неделю, не правда ли? С огромной долей вероятности можно предположить, что такой новогодний подарочек Потанин сделал сам себе исключительно благодаря манипуляциям с акциями ГМК, ведь другим акционерам ГМК (кроме «Интерроса») не были предоставлены равные права и возможности в продаже своих акций в ходе Buy-Back.

Ничего удивляться и тому факту, что менеджменту ГМК в этой новогодней суете удалось «забыть» о налогах – ведь не ради пополнения казны государства был задуман Buy-Back.

Стоит напомнить, что выкуп акций с премией к рыночной стоимости рассматривается налоговыми органами как один из способов выплаты дохода по ценным бумагам и подлежит налогообложению. Премия к рыночной стоимости также облагается налогом. А само АО, выплачивающее доход по акциям в пользу иностранной организации, должно удержать и перечислить в бюджет своей страны соответствующий налог (за исключением тех случаев, когда иностранная организация имеет постоянное местонахождение в России и платит налоги самостоятельно).

Ни одна из оффшорных компаний-перекупщиков, естественно, никакого постоянного представительства в России не имели и не имеют (не для этого создавались), но ГМК все равно «забыл» удержать налог в размере 3 миллиарда рублей. И в бюджет ничего не перечислил…

Как этим ребятам все это удается?- спросит наивный читатель. Да очень просто. Для того, чтобы провернуть такую сделку, нужно «всего-то» обладать большинством в Совете Директоров, контролировать менеджмент компании (в том числе – финансово), и уметь уходить от «погони» – проверок, ревизий, аудитов и прочих мелких неудобств большого бизнеса.

Но это не финал истории. Дальше было не менее интересно.

Став богаче на 40 миллиардов рублей, «Интеррос» приступил к очень любопытной операции - к возврату себе проданных в ГМК акций, ведь принадлежащие акционерному обществу собственные акции не голосуют. Новый расклад сил на рынке акций внутри компании грозил «Интерросу» утратой корпоративного контроля над холдингом.

Надо отдать должное менеджменту ГМК, он нашел решение, как вернуть контроль над ГМК «команде Потанина» и при этом – за чужой счет, то есть опять за счет самого ГМК.

В мае 2009-го «Норильский никель» продает принадлежащие ему собственные акции ОАО «Норильский горно-металлургический комбинат им. А.П. Завенягина» и ОАО «Кольская горно-металлургическая компания» по цене 3 455,65 рублей за 1 акцию на общую сумму 27 140 000 000 рублей. «Норильский комбинат» и «Кольская ГМК» - 100%-ые «дочки» ГМК, и управляются менеджерами ГМК, то есть везде опять же – «свои люди», которые, кажется, готовы сами себя высечь, но Владимиру Потанину навстречу пойти.

Передача акций ГМК этим дочерним обществам до составления списка лиц, имеющих право на участие в годовом собрании акционеров в 2009 году, решило главную на тот момент проблему Потанина - проблему голосования именно этими акциями на годовом собрании акционеров в интересах своего детища - «Интерроса». Но это был временный, промежуточный успех.

Ведь решив одну проблему – проблему «нужного» голосования, Владимиру Потанину тут же захотелось вернуть своим «интерросовским» компаниям и проданные ранее акции ГМК. А затем - купить на рынке дополнительные акции, еще больше увеличив контроль над «Норильским Никелем». И так до бесконечности, предположим мы. Но для этого нужны деньги. Большие деньги, которые опять же надо было сначала куда-то из страны вывести…

Как следует из отчета ОАО «ГМК «Норильский никель» по МСФО за 2010 год, ГМК и его дочерние общества в период с октября 2010-го года активно продавали американские депозитарные расписки (АДР), предоставляющие права на акции Норильского никеля (10 АДР = 1 акции) по цене 18 долларов США.

Например, 8 октября 2010-го года был заключен договор по продаже 84 829 744 АДР по цене 18 долларов США на общую сумму 1 527 000 000 долларов. Сделка была исполнена в декабре 2010 года. Как успел заметить читатель, менеджерам «Норильского Никеля» и владельцу «Интерроса» невероятно «прет» именно перед Новым Годом, ни один Дед Мороз такие подарки не осилит. Так что к сделкам, совершаемым в этих компаниях накануне новогоднего боя курантов, стоит впредь присматриваться с особым вниманием. Итак…

12 октября 2010-го года был заключен договор опциона по продаже еще 68 816 616 АДР, находившихся в собственности ГМК, по цене 18,1 долларов США за штуку с обязательством продажи в течение 180 дней с момента заключения договора.

На минуту отвлечемся от цифр и обратимся к теории. Если кто не знает: опцион на покупку акций для продавца обоснован тогда, когда он рассчитывает, что стоимость акций будет падать, и если покупатель реализует опцион, то продавец сможет выкупить акции по более низкой цене, получив доход. Покупатель опциона, естественно, рассчитывает на противоположный эффект.

Но когда продавец опциона знает, что у него есть обязанность в течение 180 дней продать АДР по цене 18 долларов за штуку, и при этом он объявляет, что его дочернее общество будет приобретать в этот же период у любого лица АДР по цене 25,2 доллара, он, конечно, предоставляет своему контрагенту возможность - выкупая АДР у себя, продавать его своему дочернему обществу. Как результат - доход с каждой АДР размером 7,2 доллара. Обычная математика.

Именно так все и произошло.

28 декабря 2010-го года Совет директоров ОАО «ГМК «Норильский никель» голосами представителей «Интерроса» и менеджмента ГМК принял решение об одобрении «Программы повышения капитализации» компании. Эта Программа, предположим мы, была придумана ровно для того, чтобы от имени «дочки» ГМК - компании Corbière Holdings Limited – объявить публичную оферту о покупке акций по цене 252 доллара США за одну акцию или 25,2 доллара США за одну АДР на общую сумму до 4,5 миллиардов долларов США. Впоследствии размер денежных средств, направленных на выкуп акций и АДР Компании, был увеличен еще на 1,2 миллиардов долларов США.

Срок для акцепта оферты, сделанной Corbière, был определен с 29 декабря 2010-го по 21 января 2011-го, то есть внутри тех самых 180-ти дней, в течение которых (как мы помним) приобретатель опциона был вправе покупать АДР у дочернего общества ГМК по 18 долларов.

Стоит заметить, что Corbière Holdings Limited не ведет производственной деятельности и оперирует только денежными средствами, внесенными в ее уставной капитал, и заемными средствами. Причем эти средства предоставляются компаниями, входящими в группу компаний «Норильский Никель».

Продав в декабре 2010-го года (по договору от 08.10.2010) АДР в количестве 84 829 744 штук по цене 18 долларов за штуку, и выкупив их на дочернюю компанию Corbier по цене 25,2 доллара, из «Норильского Никеля» перед очередным Новым Годом было выведено 610 744 156 долларов США. Хороший подарочек кое-кому? Но это не все.

Ведь в результате реализации второго опциона (по договору от 12.10.2010) покупатель получил возможность выкупить 68 816 616 АДР по цене 18,1 доллара и сразу продать их той же Corbier по цене 25,2 доллара. В результате чего из компании выведено еще 488 597 973 долларов США.

Итого почти 1 100 000 000 долларов США.

Обычная математика.

До сих пор менеджмент ГМК тщательным образом скрывает контрагентов по договорам продажи АДР от 08.10.2010 и от 12.10.2010, но стоит ли сомневаться, что это компании «Интерроса»? По-другому у них там просто не принято, не бывает по-другому…

Этот миллиард, в ходе нехитрых манипуляций, уплывший на оффшорные счета за одну предновогоднюю неделю, - лишь небольшая часть того, что выводится, «пилится», воруется каждый квартал, месяц, день.

Куда и кому уходят деньги?

Ответ вам даст любой уважающий себя европейский или американский юрист: «Sorry, бенефициары не раскрываются…»

То есть мы их вроде знаем, но имена их не раскрываются. Как и точные суммы, и их дальнейшее назначение.

Теперь главный вопрос – загадка. Так кого же боятся новые русские олигархи, пряча в офшорах свои миллиарды? Так ли уж верны ли предположения западных аналитиков о боязни надвигающегося кризиса и отсутствии в России рыночных условий для бизнеса? Может быть, все проще?

Воруют…

Тихое рейдерство

Если раньше рейдерские захваты отличали привлечение ОМОНа и ЧОПов и настоящие битвы групп силовой поддержки, то в последнее время чаще приходится слышать о «тихом» отъеме собственности. Возможно, именно с таким видом рейдерства столкнулся подмосковный предприниматель Яков Ровнер.

По версии следователей из УВД ЦАО г. Москвы, предприниматель Яков Ровнер и экс-глава Люберецкого района Игорь Аккуратов провели переговоры о сотрудничестве, по итогам которых бывшему госчиновнику была передана расписка бизнесмена, где указана передача последнему под проценты огромной суммы — 7 млн 400 тыс. евро. Спустя два года Игорь Аккуратов пришел в прокуратуру с заявлением о том, что его обманули.

Началось расследование, в СМИ появилась информация об объявлении Ровнера в розыск. По версии тех же следователей, Ровнер скрывается, не отвечает на телефонные звонки и никтоне знает, где его найти. Каково же было удивление предпринимателя, узнавшего из Интернета, что он уже арестован по обвинению в тяжком преступлении – мошенничестве в особо крупном размере – ч. 4 с. 159 УК РФ..

Когда адвокаты бизнесмена Ровнера стали разбираться в этой истории, выяснилось, что оригинала расписки, в которой говорится о присвоении миллионов евро, нет (притом что это главное и единственное доказательство обвинения). Есть копия машинописного текста с подписью, которая по результатам экспертизы признана фальшивкой.

Еще одна странность - почему Аккуратов не обращался до этого ни к самому предпринимателю, ни в суд, а сразу написал заявление в Генпрокуратуру? Причем следствие сразу и безоговорочно поверило бывшему чиновнику и даже не поинтересовалось, откуда у него взялась 20-килограммовая сумка с наличными евро.

Стоит отметить, что защита коммерсанта предъявила следователям доказательства присутствия обвиняемого в тот день в другом городе, то есть у него было алиби. Это должно вызвать закономерный вопрос о том, было ли вообще совершено преступление, о котором заявил экс-чиновник.

По словам экономических экспертов, нередко подобные судебные дела предшествуют рейдерскому захвату компании. Схема современного «честного отъема» бизнеса проста – проводится кампания в СМИ для того, чтобы сначала опорочить имя и репутацию коммерсанта, а затем изолировать его в местах не столь отдаленных. И уже потом, в ходе серии налоговых или иных проверок, захватить бизнес под очередным надуманным предлогом.

Если говорить о компании Ровнера, то это очень лакомый кусок. Сейчас предприниматель участвует в ряде федеральных программ: в строительстве одной из станций московского метро в городском округе Котельники, школ со стадионом и спортплощадками, детских садиков и научно-исследовательского медицинского центра на базе государственного и частного партнерства. Фактом особого доверия к бизнесмену может служить то, что ровно месяц назад президентский вертолет приземлялся на территории ТВК «Автогарант» - Дмитрий Медведев возложил цветы к мемориалу памяти погибших при исполнении служебных обязанностей сотрудников МВД. Мемориал был открыт при активной поддержке именно Якова Ровнера.

Судебная машина крайне неповоротлива. Тем не менее, за несколько месяцев адвокатам Ровнера удалось, по их словам, разорвать тот порочный круг, в который входят следствие и прокуратура ЦАО. Материалы дела из УВД по ЦАО передали в вышестоящую организацию - Главное следственное управление г. Москвы.

Более того, органы следствия и прокуратуры проверяют, каковы источники столь крупной суммы денег, оказавшейся якобы на руках у Аккуратова, а также устанавливают круг лиц, причастных к попытке захвата компании с использованием поддельных документов. По результатам проверки будут приняты процессуальные решения.

Пока же информацию о деятельности Игоря Аккуратова, бывшего главой Люберецкого района в период с 1996-го по 2000 гг., можно почерпнуть лишь из открытых источников — и, судя по всему, он уже был замешан в историях, связанных с попытками захвата собственности.

В 2006 году рейдерскому захвату подверглось ОАО ВНИИстром им. П. П. Будникова, расположеное в п. Красково Люберецкого района. Оно являлось одним из ведущих предприятий России по разработке современных энергосберегающих технологий и оборудования для производства стеновых, теплоизоляционных и вяжущих материалов. Общая площадь земельного участка предприятия, который вызывал интерес у рейдеров, составляет более 50 га, а площадь центрального здания - 10 тыс. кв. м, где большая часть помещений сдается в аренду. В 2006 году скупку акций ОАО вели несколько заинтересованных сотрудников компании «Росбилдинг» и банка «Югра» (членом его совета директоров с того и по настоящее время является Игорь Аккуратов). Акционеры же до сих пор ведут судебные тяжбы по фактам многочисленных обманов, совершенных при скупке акций предприятия.

Может быть, несмотря на давность лет, нам следует разобраться еще и в другой ситуации, связанной с фамилией Аккуратов – каким образом большая часть имущества государственного оборонного предприятия «Томилинскийзавод полупроводниковых приборов» при его участии сталасобственностью фирм, аффилированных с экс-чиновником.

Защита Ровнера не исключает, что его бизнес может стать следующей мишенью для предприимчивого бывшего главы Люберец. Мы следим за развитием событий.

Кризис непослушания

Политические рекомендации Вячеслава Володина слушают все. Но не все слышат. Кризис непослушания и невыполнения обещаний может дорого стоить Кремлю накануне выборов.
В канун президентских выборов внимание всех крупнейших СМИ страны приковано как собственно к самой предвыборной гонке, так и к уже происходящим переменам в Кремле. Учитывая, как вяло идут дебаты и сколь скучен выборный список, за кадровыми реформами, идущими за кремлевской стеной, наблюдать куда интереснее. Тем более, что они реально влияют на расклад политических сил в стране. И формировать этот новый расклад, по мнению СМИ и близких к власти политологов, во многом будет новый первый заместитель президентской администрации Вячеслав Володин. В оценках его персоны и влияния мнения пока расходятся. Например, «Новая газета» (http://www.novayagazeta.ru/politics/50972.html) считает, что «саратовская команда», во главе которой стоит Вячеслав Володин, своей экспансией в кресла органов власти уже представляет опасность для «питерского клана», который скоро будет вынужден потесниться. Противоположной точки зрения придерживается даже более информированное, чем «Новая», агентство «Стрингер». Проанализировав состав команды нового «серого кардинала» Кремля, агентство делает вывод: Володину с точки зрения авторитета и влияния еще очень далеко до его предшественника – Владислав Суркова. Интересно, что ранее тот же «Стрингер» в материале «Кто стоит за атакой на Прохорова?» (http://www.stringer.ru/publication.mhtml?Part=48&PubID=19770), упомянул о весьма деликатной договоренности, достигнутой в Кремле накануне выборов.
Цитата: «… реальный руководитель предвыборного штаба Путина – Вячеслав Володин – на каждом совещании в Кремле не устает повторять, что «информационные кампании, особенно, затрагивающие социальный сектор и вызывающие негативную реакцию избирателей, до лета следует прекратить». Если внимательно изучить информационное поле, то можно прийти к выводу, что «бизнес-сражения» в СМИ действительно на время затихли, и «настоятельная реком»ендация» Володина была услышана. Но, очевидно, не всеми. Одна грандиозная битва продолжается. Именно в поле так называемой «социальной напряженности».
Первый пример - интервью президента НПФ «Норильский Никель» Екатерины Акифьевой агентству «Прайм» (http://www.npfnn.ru/ru/press-center/newsline/06009-Opublikovano-intervyu-Prezidenta-NPF-Norilskij-nikel-Ekateriny-Akifevoj-agentstvu-Prajm.html), в котором она обвиняет Михаила Прохорова в финансовых махинациях с пенсионными деньгами, недвусмысленно угрожая в адрес кандидата в Президента России уголовным делом. По мнению блоггеров, это интервью – «пример как раз PR-атаки социального характера (пенсии!), но и как реагировать – не понятно. Если адекватно (по социалке), то это будет нарушать политические договоренности. Поэтому «михайловские пиарщики» молчат» (прокремлевское агентство «Михайлов и партнеры» работает на Михаила Прохорова – прим.автора).
Видимо, по той же причине (чтобы не нарушать данные Володину обещания) молчат и пиарщики «Русала», которые не реагируют на атаку со стороны ГМК «Норильский Никель» в красноярских СМИ, в которых с подачи ГМК активно обсуждает проблема жилья в городе Краснотурьинск и ситуация с экологией в Красноярске. СМИ-активность на эту тему сродни спичке, поднесенной к пороховой бочке. Если эта бочка взорвется, вину возложат не на ГМК, а на Володина, не добившегося лояльности бизнесменов накануне выборов. В «Норильском Никеле» это понимают, и с улыбкой продолжают свою «войну», но дело даже не в ответственности. А в том, что, допустим, сам Владимир Стржалковский (генеральный директор ГМК), имеющий обыкновение говорить о себе, как о друге Путина, просто решил не обращать внимание на фигур помельче. И это заметно - Володина в Кремле слушает не каждый. Не каждый даже обращает на него внимание. Крупный бизнес не видит в Володине реальную политическую силу, считая его пешкой в аппаратной игре и политиком-однодневкой».
Уже два примера «непослушания» - и оба из одного и того же места. Можно предположить, что «команда Стржалковского» живет по принципу «просто бизнес – ничего личного», оправдывая свою СМИ-активность тем, что история их борьбы с оппонентами - Прохоровым и Дерипаской – вообще не его, володинское, дело. Но есть и политическая составляющая этого «непослушания». Разыгрывая карту социального напряжения в регионах, т.н. «друг премьера» не может не понимать, на каких результатах каких именно выборов эта напряженность неизбежно отразится.
А Вячеславу Володину следует еще многому научиться на новом месте работы, пишет «Стрингер» (http://www.stringer.ru/publication.mhtml?Part=48&PubID=19824) в материале «Кремль под майонезом». Новому «первому заму» пока очень далеко до своего предшественника – Владислава Суркова, которого не только слушали, но и слышали, и слушались.

Хоть стреляйся!

Как Михаил Мишустин, Рашид Нургалиев, Андрей Хорев и Иван Глухов пытались отмазать «черного кассира» Максима Каганского, кому и сколько они предлагали, что им на это сказали и что им за это будет

В ночь с пятницы 23-го на субботу 24-го сентября 2011 года бывший первый замначальника Департамента экономической безопасности МВД России генерал-майор милиции Андрей Хорев чуть не поседел. На попытке получения взятки попался ближайший человек из его окружения – Максим Каганский. Человек, который знает о Хореве все: кто ему платил, сколько и за что, кому платил Хорев, сколько и за что. Немного утешало горе-генерала то, что Максим сумел убежать при задержании, проявив недюжинную прыть и смекалку, а с полутора миллионами долларов США денег и оперативной «фальшкуклой» попались его сотрудники.

В четверг 29 сентября Пресненский районный суд арестовал Романа Емельянова Дмитрия Чуприна и Владимира Кириллова, помощника, охранника и водителя сбежавшего Максима Каганского, несмотря на то, что в период с 24 по 29 сентября глава ФНС Михаил Мишустин, министр внутренних дел Рашид Нургалиев, начальник ГСУ при ГУВД по г.Москве Иван Глухов и сам Андрей Хорев предприняли чудовищные усилия, чтобы замять дело о взятке. Но дело устояло. Более того, как только оперативники ФСБ России и Бюро специальных технических мероприятий (БСТМ) МВД России официально расшифровали и рассекретили для приобщения к уголовному делу данные прослушки и наблюдения, в отношении следователя Нелли Дмитриевой дополнительно возбудили уголовное дело о взятке. Следователя задержали и Пресненский районный суд арестовал ее 5 октября. Итак…

«Легендарный» Максим

Максим Каганский, бывший борец с экономической преступностью МВД РФ, капитан милиции, в свои 30 лет воистину легендарная личность среди специалистов по решению проблем в высших следственных органах и оперативных службах. Он давно и близко дружит с Денисом Глуховым – сыном начальника ГСУ при ГУВД по г.Москве, с которым даже имел до своего детективного побега общий офис. Максим и Денис всегда были обеспеченными и никогда не жили на одну зарплату. Их часто видели в ресторанах, они вместе ездили за границу. Для того, чтобы обосновать свои многочисленные приобретения друзья однажды придумали брать кредиты в банках, принадлежащих их знакомым. Одним из таких банков был Мира-Банк, заместителем председателя которого была Анна Эткина. На полученные в кредит средства Денис Глухов со своей супругой Ольгой приобрели акции ЗАО «Вектор» (рег. номер 1-01-41678-Н), квартиру №12 в жилом комплексе «Березовая Роща» по адресу г.Видное Московской области, мкр. 6, корп. 4, Мерседес ML 350 с блатным номером М***ММ99, Мерседес GL 500 с блатным номером О***МР77, квартиру площадью 134 кв. м в жилом комплексе «Лосиный остров» компании «Донстрой» по адресу г.Москва, Погонный проезд, 1. В обеспечение выдаваемых кредитов Денис и Ольга Глуховы передали банку свои земельные участки площадью 2500 кв. м в Истринском районе Московской области №50:08:050403:0227 и 1870 кв. м в Ленинском районе Московской области №50:21:060401:0081. И это при том, что официально Денис Глухов фиктивно числился то ли в ООО «Мастер Принт XXI» с зарплатой 400 тысяч рублей в месяц, то ли в Некоммерческом партнерстве «Центр поддержки развития культуры, здоровья и массового спорта» с зарплатой 50 тысяч рублей в месяц. Причем, сумма кредита, полученного Денисом Глуховым составила всего 11 миллионов рублей, что явно не соответствует его тратам и предоставленному залогу. Такой же кредит, но на сумму 19 миллионов рублей получил в Мира-Банке Максим Каганский. Ни Денис, ни Максим в деньгах не нуждались, но им было необходимо показать источник происхождения денежных средств, вот и «прокрутили» свои же деньги через банк, то есть отмыли их. Мира-Банк для себя и Дениса Глухова подыскал именно Максим Каганский.

Интересно, что в тот же день, когда сотрудники Максима Каганского были арестованы судом, выдававшая кредит Анна Эткина была расстреляна в московском ресторане Хуторок на Ленинградском проспекте вместе со своим гражданским мужем – бывшим владельцем немецких верфей Wadan Yards Андреем Бурлаковым. Следствие конечно же считает, что это совпадение.

Известно, что на хлеб с маслом и черной икрой Максим Каганский зарабатывал посредничеством при передаче взяток за освобождение предпринимателей от уголовной ответственности. Он зарекомендовал себя честным взяточником, в отличие от многих разводил на рынке черных услуг, бравших деньги и не обеспечивавших нужного результата. Обратившись к Каганскому, клиент всегда был уверен – если Максим взялся за дело, нужный результат будет обеспечен. Неудивительно, что большинство заказов поступало Максиму на «решение вопросов» по уголовным делам, находившимся в производстве ГСУ при ГУВД по г.Москве, возглавляет которое отец Дениса Глухова – генерал-майор юстиции Иван Глухов. Впрочем, Максим лично сам был хорошо знаком с Иваном Алексеевичем и помощь его сына Максиму не очень-то и была нужна. Лично зная некоторых следователей управления, начальников отделов и руководителей следственной части ГСУ при ГУВД г.Москвы, Максим Каганский мог решить практически любой вопрос, будь то заказное уголовное преследование или освобождение кого-нибудь от уголовной ответственности. Это может показаться дико, но следователи управления, знакомые с Максимом лично, говорили о нем как о легенде, скрывали от коллег контакты Каганского, чтобы в случае очередной задачи за её решением Максим не обратился к твоему коллеге – воистину коммерческая конкуренция в стенах следственного управления.

Само собой разумеется, что ведущие сопровождение нужного уголовного дела оперативные сотрудники всегда соглашались по просьбе их бывшего коллеги Максима Каганского поддержать следователей ГСУ при ГУВД по г.Москве даже в самых необычных решениях. Естественно, не бескорыстно.

Вокруг Каганского всегда было много женщин, и, несмотря на лишний вес, его считали привлекательным, в первую очередь, за счет харизмы. Несколько лет назад Максим познакомился с девушкой Настей, армянкой по происхождению, которая мгновенно, к удивлению многих его друзей, стала женой.

Но с 2008 года еще более близким Максиму человеком сделался первый замначальника ДЭБ МВД России генерал-майор милиции Андрей Хорев, ставший Максиму старшим братом и наставником. То, сколько мог заработать Максим Каганский закрывая уголовные дела, не шло ни в какое сравнение с его долей в доходах от деятельности группы Андрея Хорева.

«Хорек» Андрей

Андрей Хорев родился в 1972 году и на сто процентов сделал себя сам. Пройдя бесценную школу Суворовского военного училища, 23-летний Андрей пришел в 1995 году в Департамент налоговой полиции и в течение последующих 7 лет возглавлял Первое управление ГОУ ФСНП России. После расформирования ФСНП в 2003 году 31-летний Андрей Хорев устроился на работу в Госнаркоконтроль (ФСКН России), как он сам тогда выражался «пересидеть», попутно наладив отличные отношения с бывшими чекистами, которых в достатке привел с собой в ФСКН его глава Виктор Черкесов. Прослужив более 3-х лет заместителем начальника УФСКН России по г.Москве, в 2007 году Андрей Хорев перешел на работу в Департамент экономической безопасности МВД России, собрав вокруг себя команду энергичных и преданных людей. Здесь Хорев быстро понравился начальнику ДЭБа Евгению Школову и зарекомендовал себя так, что когда через несколько месяцев из ДЭБа со скандалом уволился первый замначальника Константин Пирцхалава, Евгений Школов, ставший к тому времени уже заместителем министра, предложил место первого зама Андрею Хореву.

Максим Каганский тогда достался Андрею Хореву как бы «в наследство» от Константина Пирцхалавы. Максим понравился Хореву своей основательностью, внушавшей доверие и уверенность. На тот момент в сферу интересов Андрея Хорева входили контрабанда, незаконная банковская деятельность и воровство бюджетных средств. Все, кто совершал эти виды преступлений в значительном объеме в России так или иначе платили Андрею Хореву за невмешательство милиции и общее покровительство. Получаемые деньги, объем которых порой доходил до нескольких десятков миллионов долларов США наличными в месяц, нужно было где-то хранить, распределять среди сотрудников ДЭБа, отсылать часть в ФСБ России и УФСБ по г.Москве и Московской области, в ДСБ и ДКО МВД России. А кроме того, деньги нужно было как-то отмывать, покупать на них активы, в том числе зарубежные, да и просто вести учет всей этой черной бухгалтерии. В одной только структуре ДЭБа своя доля в доходах была у помощника руководителя по кадровой работе Игоря Яковлева, начальников подконтрольных Андрею Хореву оперативно-розыскных бюро, их заместителей, начальников отделов и нескольких доверенных оперативных сотрудников. В конце концов, почти вся эта работа легла на Максима Каганского.

Система работала по иерархическому принципу: Максим Каганский передавал, к примеру, начальнику ОРБ №7 Владимиру Скворцову причитающуюся ему часть отката, взятки или похищенного из бюджета. Тот, в свою очередь, делился со своими замами, которые участвовали в конкретной операции. Помимо этого, Максим передавал соответствующую долю начальнику какого-нибудь отдела, например начальнику отдела №5 ОРБ №7 Дамиру Фейзулину, который, уже, если считал нужным, делился со своими сотрудниками – операми. А иногда, мог просто их всех в ресторан отвести. Свою часть Максим отправлял в управление «М» ФСБ России, которое закрывало глаза на деятельность офицеров ДЭБа по крышеванию преступного бизнеса, заместителю начальника управления Владимиру Максименко, в Первую службу управления, курирующую центральный аппарат МВД Александру Филину. Долю, причитающуюся Управлению собственной безопасности (Девятому управлению) ФСБ России, крышевавшему сотрудников управления «М» ФСБ России, Андрей Хорев всегда передавал сам.

Кроме обязанностей черного кассира, Максим Каганский любезно помогал своему шефу тайно покупать различное имущество. Нет, конечно, кольцо «Графф» для любовницы Хорев мог купить и сам. Но вот с недвижимостью это оказалось проблематично. Будучи госслужащим, Андрей Хорев был обязан отчитываться обо всем, что принадлежит ему и его семье. Чтобы обойти это, Максим Каганский начал оформлять все приобретения шефа на имя своей жены – Насти Каганской. Так, например, были куплены 0,5 Га земли в Конаковском районе Тверской области на берегу Волги, 3 участка по 15 соток в Истринском районе Московской области, 1 га в Смоленской области, 0,5 га в Туапсинском районе на горе в Краснодарском крае. Причем часть этих активов, предположительно, покупалась для коллег Андрея Хорева из числа сотрудников ФСБ, поговаривают, даже, что для руководства УСБ ФСБ России. А вот две любимые русскими туристами гостиницы в Черногории возле острова Сан-Стефан «Романов» и «Азимут» Андрей Хорев купил и оформил напрямую на свою жену – Надежду по договору купли-продажи от 20 декабря 2009 года, заплатив со своего счета в Цюрихе 2 млн евро и еще 4,5 млн евро предстоит заплатить в рассрочку в течение 4-х лет. Для спокойствия Настя Каганская выдала доверенность на право распоряжения всем своим имуществом на имя Андрея Хорева и эту доверенность нашли в ходе обыска в загородном доме у Максима Каганского по адресу д. Пирогово, ул. Полевая, д. 11. А в ходе обыска в квартире у Каганских по адресу ул. Климашкина, 19 было обнаружено столько пустых сейфов, что можно было одновременно хранить до ста миллионов долларов США наличными. И вот почему.

В апреле 2009 года новым главой ФНС России был назначен Михаил Мишустин, который поставил возмещение НДС, а по-честному воровство из бюджета под видом возмещения, на поток. Ставки откатов за выплаты из бюджета возросли в ФНС до 70% и весь процесс стал централизованно управляться из центрального аппарата ФНС России. Андрей Хорев как явление был нужен Михаилу Мишустину не меньше, чем сам Михаил Мишустин был нужен Андрею Хореву, и эти двое сразу быстро сошлись. Но далеко не все устойчивые группы мошенников, исторически работавшие с Андреем Хоревым, могли сразу и быстро найти выход на окружение Михаила Мишустина. Поскольку ставка отката за возмещение была в общем-то стандартной: 50% возмещения – в ФНС (в этой же сумме 1-3% отката в Федеральное казначейство), 10% - в ДЭБ МВД и 10% в ФСБ России и УФСБ по Москве и Московской области, оплату принимал и Хорев. После этого нагрузка Максима Каганского выросла за счет средств, которые надо было учитывать и пересылать в ФНС России и УФНС по г.Москве. Сам Михаил Мишустин денег никогда официально не брал, а его долю принимали у Каганского либо его друг Александр Удодов, либо кто-то из доверенных заместителей – Сергей Аракелов, Игорь Шевченко или Светлана Андрющенко. В УФНС по г.Москве деньги пересылались заместителям руководителя Ольге Черничук или Ирине Платовой, а те уже делились, если считали нужным, с начальниками территориальных инспекций. На своем ФНСном жаргоне это называется «распределяли по номерам».

Вообще Михаил Мишустин помогал Андрею Хореву как мог. В конце 2010 года, когда деятельность Хорева по своей наглости превысила все возможные границы, Евгений Школов прямо и без обиняков предложил Андрею написать рапорт об отставке. Услышав это, Андрей Хорев также прямо сказал: «Евгений Михайлович, я не буду писать рапорт», после чего пошел порочить своего шефа в прессе и среди общих знакомых. И главным союзником Хорева в этой борьбе стал Михаил Мишустин.

«Армянин на бюджете»

Этнический армянин Михаил Мишустин вряд ли мог бы сам добиться высокого поста в правительстве, если бы не глава Объединенной Финансовой Группы (UFG) ныне покойный Борис Федоров, который в конце 90-х сделал из торговавшего компьютерами Михаила Мишустина заместителя руководителя Госналогслужбы по вопросам информатизации и переоснащения компьютерного парка, а затем и обеспечил благосклонное к нему отношение Германа Грефа и Алексея Кудрина.

Но с Сергеем Нарышкиным, ставшим впоследствии главой президентской администрации, Михаил Мишустин сошелся сам. У главного налоговика страны есть два очень важных качества. Во-первых, он игрок по натуре, он не статист. Благодаря этому, он не боится рисковать, блефовать, предлагать. Во-вторых, он очень умен и расчетлив. Мишустин четко планирует, как добиться той или иной цели и планомерно идет к ней. Понимая, что Сергей Нарышкин действительно близок к Путину, Мишустин постоянно вкладывал в Нарышкина свое внимание. То организует поездку в Дубаи в составе делегации, которую конечно же возглавляет Сергей Нарышкин, то пригласит его возглавить попечительский совет восстановления какого-нибудь древнего монастыря или храма, то позовет его на хоккей играть в одной пятерке вместе с чемпионами НХЛ. Делая вид, что уважает, Мишустин все время заигрывает. Вообще, тема хоккея оказалась очень выигрышной. Она периодическая и неисчерпаемая. Опять же, министр Нургалиев в хоккей очень любит играть… Каждый, кто видел откровенно толстого, неуклюжего Михаила Мишустина на хоккейном льду первый раз удивлялся, что этот человек с одышкой и плохими физическими данными вообще тут делает? Ответ очень прост: общается. Он, как бы, в команде, он объединяет людей, но только, назойливо как-то.

И вот, когда в начале 2009 года министру финансов Алексею Кудрину нужно было найти нового главу ФНС на смену Сердюкову, его выбор пал на Михаила Мишустина, и тот был назначен руководителем налоговой службы практически «на безрыбье», за неимением других кандидатов. Мишустин сразу же льстиво повесил на главную страницу сайта ФНС фото Алексея Кудрина с каким-то высказыванием по поводу налоговой службы, стал обращаться к Кудрину «Лёша» и рассказывать всем, что он теперь – человек Кудрина! Нарышкин не обижался и дружить с Мишустиным продолжил. На прошлой неделе, правда, лицо отставленного Кудрина с сайта сняли, заменив его на лицо Путина с ничего не значащим высказыванием уже председателя правительства о ФНС. Это-то и понятно, не вешать же физиономию и.о. министра Антона Силуанова, лучше уже сразу на Путина замахнуться!

В своей деятельности Михаил Мишустин сразу сделал ставку на Андрея Хорева, который должен был обеспечивать через доверенные подразделения комфортное сопровождение налоговых проверок, проводимых по откровенно липовым документам, дожидаясь фактической выдачи денег из бюджета, после чего возбуждалось уголовное дело по факту мошенничества, которое расследовалось в «контролируемом режиме», а крайним за выплату мошенникам из бюджета делался бы персонал налоговой инспекции. Находясь «на крючке» под страхом расследования уголовного дела, низовые сотрудники должны были продолжать выдавать деньги по фальшивым документам и, в конце концов, должны были быть осуждены за должностные преступления. В принципе, такая схема отлично сработала, если бы не несколько начальников инспекций, решивших одним в пучину уголовного дела не идти и давших показания еще и на таких типичных представителей мишустинской команды, как Ольга Черничук, Ольга Махалова, а также ответственного за крышевание НДС у Андрея Хорева – Дамира Фейзулина. Черничук и Фейзулин за решетку не попали, отделавшись увольнением, а Махалова и вовсе была всего лишь переведена из УФНС по г.Москве, возглавив территориальную инспекцию №48, где с утроенной энергией продолжила штамповать решения о выплате липового НДС мошенникам. Удивительно, но Мишустину никто даже не попенял на темные дела с НДС, а вот положение Андрея Хорева пошатнулось после скандала с подчиненным.

Как спасали Хорева

Еще в 2010 году Михаил Мишустин наладил Андрею Хореву хорошие отношения с министром Нургалиевым. С просьбой об этом Мишустин обратился к руководителю администрации президента Сергею Нарышкину. План «порабощения» Нургалиева был прост и гениален. Андрей Хорев после очередной порции компромата о нем в СМИ написал рапорт на имя министра Нургалиева об увольнении, дескать, за всю милицию обидно, клевещут, и сразу же взял себе больничный. В свою очередь, Сергей Нарышкин после очередного заседания Совета безопасности попросил Рашида Нургалиева зайти к себе в кабинет, где прямо с порога объявил вот есть такой генерал МВД Андрей Хорев, очень достойный человек, пользуется доверием В.В.Путина и близких ему людей (к которым, безусловно, относится и сам Сергей Нарышкин), оклеветан врагами и вынужден был написать рапорт об отставке, после чего потребовал от Нургалиева немедленного решения по рапорту. Нургалиев после такого отказался отправлять Хорева в отставку. А дальше для Мишустина было уже делом техники заманить Нургалиева на хоккей, переговорить с ним в раздевалке, завоевать его доверие и перевести отношения в дружеско-панибратские, а чуть погодя – и в денежно-деловые. Так, благодаря Мишустину, Хорев сблизился с Нургалиевым, а впоследствии через него – с его заместителем Александром Смирным, крестным отцом т.н. «омской группировки», наводнившим в ходе переаттестации 2011 года выходцами из Омска огромное количество руководящих постов в МВД, а с помощью Сергея Нарышкина и со сменившим Евгения Школова на должности заместителя министра внутренних дел Игорем Алешиным.

Еще в начале 2011 года Хорев сумел заручиться личной поддержкой Аркадия Ротенберга, который, во время очередной встречи с Путиным прямо сказал: вот есть перспективный генерал МВД, хороший парень, в бизнесе помогает, считаю возможным доверить ему продолжить службу в органах МВД. Эту рекомендацию Путин решил обсудить с Евгением Школовым, который, оскорбленный отказом возгордившегося Хорева уйти в отставку, честно сказал председателю правительства, что хотя доказанных сигналов из ФСБ и ДСБ не поступает (что и странно!), все считают Хорева казнокрадом, крышевателем преступников и в МВД ему не место.

Спор Хорева и Школова разрешился сам собой – через некоторое время после этого разговора, президент Медведев уволил сразу всех заместителей министра внутренних дел, связанных в прошлом с Владимиром Путиным, включая и Евгения Школова. После этого, Хорев уже видел себя начальником нового ДЭБа – ГУ экономической безопасности и противодействия коррупции, тем более, что аттестационную комиссию МВД возглавлял лично Сергей Нарышкин, который и готовил проекты всех указов президента. Но кто бы что не говорил, а президент у нас пока – Дмитрий Медведев, и он решил по-другому. Новым начальником ГУ МВД РФ по экономической безопасности был назначен другой молодой генерал МВД Денис Сугробов, возглавлявший до этого ОРБ №10 ДЭБа, а Андрея Хорева даже не выносили на аттестацию и уволили из МВД.

Андрей Хорев перенес удар стоически. Поехал отдыхать на море, взяв с собой теперь уже тоже бывшего своего секретаря, а по-совместительству – эффектную и любимую женщину лейтенанта милиции Иру Аникину. Погостив на лодках у нескольких олигархов, вроде Искандера Махмудова, Андрей Хорев вернулся и в прекрасном настроении принялся за прежнее крышевание бизнеса, но уже в статусе серого кардинала, не обремененного обязанностями офицера и генерала МВД.

А заниматься было чем! Из назначенных на руководящие посты в ГУ экономической безопасности и противодействия коррупции, абсолютное большинство – доверенные лица Андрея Хорева, либо ставленники связки Нургалиев-Смирный-Алешин, которая крепко-накрепко связана с Андреем Хоревым. Всех неугодных себе Хорев просто уволил, организовав отклонение их кандидатуры своим доверенным лицом – помощником руководителя ГУ по кадровой работе.

Контрабанду вообще перестали контролировать в связи с объявленной президентом предстоящей декриминализацией этой статьи, объем возмещаемого мошенникам НДС увеличился в разы: только каждая из московских инспекций №№1, 2, 5, 9, 10, 48 стали возмещать по 1 миллиарду рублей в месяц, обнальные площадки работают исправно. В общем, перефразируя известную рекламу, «преступности нет – а денежки идут!»

Но тут происходит такое Чрезвычайное Происшествие, которое не укладывается в рамки понимания Андрея Хорева: помощников Максима Каганского задерживают при передаче полутора миллионов долларов США взятки, за которую Максим Каганский договорился освободить фигуранта уголовного дела от ответственность. Каким-то непонятным оперативным чутьем Максим успевает убежать от оперативников ФСБ, пытавшихся его задержать и тут же связался с Андреем Хоревым.

Если только на секунду предположить, что Максим Каганский окажется в цепких оковах следственного изолятора «Лефортово», сомнительным представляет не только карьера и репутация министра Нургалиева, начальника ГСУ при ГУ МВД РФ по г.Москве Глухова, самого Андрея Хорева, а также Михаила Мишустина и еще пары десятков руководителей из ФНС разного ранга, но и их свобода.

Спасти капитана Максима!

Перепугавшись не на шутку, на решающую битву Андрей Хорев и Михаил Мишустин подняли все имеющиеся ресурсы. Первым делом Мишустин попытался добиться поддержки у Сергея Нарышкина, но тот аккуратно с темы соскочил, предчувствуя нешуточную грязь, в которую его втягивает друг.

Следующий шаг был за Андреем Хоревым. Он поступил как настоящий предсказуемый оперативник – отправил посредника договариваться со следователем и прокурором. Посредником тем оказался Иван Глухов, понимающий, что и он и его сын Денис как нельзя лучше иллюстрируют сращивание криминала со властью, учитывая то, сколь близкие отношения связывали их с Максимом Каганским. Поскольку Глухов был лично знаком с надзирающим за следствием заместителем прокурора Москвы Борисом Марковым, то отправился Иван Алексеевич прямо к нему и сразу, без обиняков и с порога предложил: возбуждено, мол, дело, задержаны люди, может пострадать сын, для меня, дескать, это – святое; негодяи предлагали взятку в размере 1,5 миллионов долларов США; вот тебе прямо сейчас 15 миллионов долларов – прими решение о незаконности возбуждения хотя бы на несколько дней, чтобы задержанных освободили и они могли скрыться.

Как ни крути, а 15 000 000 долларов – это пятнадцать миллионов долларов. Даже если Борис Марков поделится со всеми, он за всю свою работу в прокуратуре Москвы может столько не получить. А тут сразу. И делать почти ничего не надо. Так, в очередной раз опустить следователей Следственного комитета, не умеющих кодекс читать и дела возбуждать.

И вот, во время заседания в Пресненском суде г.Москвы в понедельник, спустя два дня после задержания, прокурор Пчелкин, накрученный Борисом Марковым, отказывается поддержать ходатайство следователя об аресте взяткополучателей, заявляет о незаконности возбуждения и просит дополнительно у судьи 72 часа на представление официальной позиции Прокуратуры г.Москвы. После чего, во вторник получает от ГСУ Следственного комитета России по г.Москве материалы возбужденного дела, готовит разгромное заключение о незаконности возбуждения уголовного дела и кладет его на стол своему шефу – Борису Маркову. Когда в среду об этом становиться известно Генеральному прокурору Юрию Чайке он, по слухам, высказался нецензурно и столь крепко, что никакие миллионы не могли сравниться для Бориса Маркова с гневом своего начальника. И заместитель прокурора Москвы меняет тактику. Его новая идея – с делом разобрались, возбуждено законно, Каганский – негодяй, будем его искать, но задержанные– не имеют к взятке никакого отношения, поэтому – их надо отпустить. На первый взгляд, позиция взвешенная. Однако следователь резонно возразил: что это за случайные люди, которых отправили получить полтора миллиона долларов США на встречу к человеку, соблюдающему меры конспирации. И предположил, что заместитель прокурора Москвы Борис Марков не сам придумал отпустить задержанных, потому что, видимо, уж очень им доверял Максим Каганский. После второго полоскания мозгов со стороны Юрия Чайки, прокуратура Москвы сдалась и больше уже не возражала.

Не унывая, Иван Глухов по-свойски предложил ту же сумму начальнику Главного следственного управления Следственного комитета России по г.Москве Вадиму Яковенко на этот раз предложив за 15 миллионов долларов США вообще сущий пустяк: просто ничего не делать в течение одного месяца. Не закрывать дело, не освобождать людей, а просто подождать месяц. Например, отправить следователя в командировку, загрузить его срочной работой, в конце концов, заставить уйти на больничный. Нужна была простая передышка. Надо отдать должное Вадиму Яковенко, это щедрое предложение он даже не стал обсуждать.

Но Иван Глухов и миллионы долларов были не главным козырем Андрея Хорева, и самую деликатную миссию он возложил на своего давнего и надежного товарища – первого заместителя начальника Управления «М» ФСБ России Владимира Максименко, работавшего до 2010 года главой собственной безопасности Следственного комитета и знающего там практически всех.

Максименко сразу понял, чем грозит уголовное дело в отношении такого человека, как Максим Каганский, причем и для самого высокопоставленного офицера тоже, и провел в течение воскресенья–понедельника такую разъяснительную работу, что у главы ведомства Александра Бастрыкина не осталось никаких сомнений в самоуправстве московских следователей и фальсификации дела. Расчет был прост: нужно добиться формального изъятия дела из производства московских следователей, чтобы выгадать время, а затем и развалить дело.

Но прежде чем изымать дело, Александр Бастрыкин решил сам переговорить с Вадимом Яковенко. Результаты разговора его столь удивили, что он решил вообще не вмешивать в ход расследования, опасаясь, что и его втягивают в какую-то грязь.

Тем не менее, усилия Владимира Максименко принесли свои плоды, и о самом факте возбуждения дела вообще никто не узнал. Информационное управление Следственного комитета просто напросто отказалось подтверждать журналистам даже сам факт возбуждения какого-либо уголовного дела, не говоря уже о каких-либо комментариях. Расчет был прост: если пресса о деле не напишет, то через некоторое время оно может затухнуть само. В целом, расчет мог бы и оправдаться, если бы в будущем не была задержана и сама следователь Нелли Дмитриева, лично общавшаяся с Максимом Каганским и согласившаяся выполнить требуемые действия за взятку.

Последний и самый серьезный шаг сделал Михаил Мишустин. Он пришел к министру Нургалиеву и попросил его так запугать оперативников МВД, сопровождающих уголовное дело, чтобы они помогли его развалить. Министр тоже сразу понял, что друзьям нужно помогать, и, призвав в помощники своего заместителя Игоря Алешина принялся издеваться над начальником ГУ экономической безопасности и противодействия коррупции Денисом Сугробовым. Причем, во время словесного избиения, Михаил Мишустин стоял рядом с министром и участвовал в «разговоре». Самый убойный аргумент, который привел Рашид Нургалиев приказывая и умоляя Дениса Сугробова помочь развалить дело, звучал воистину комично: «Ты что, Денис, хочешь меня с ФНС поссорить, ты разве не знаешь, к чему приведет расследование!» Но как бы юн и неопытен не был Денис Сугробов, он своего начальника в преступном приказе не поддержал.

Так Мишустин, Нургалиев, Хорев, Глухов остались ни с чем. А точнее, с уголовным делом, которое, очевидно, может поставить крест на карьере каждого из них. Если только ничего страшного не случится с Максимом Каганским.

Что должен был бы сделать офицер МВД на месте этих товарищей – ясно каждому подростку. Кстати, и у Мишустина есть наградное оружие, которое можно применить и по делу.

Но со времен Бориса Пуго настоящих Мужчин среди офицеров МВД, видимо, не осталось.

"Аркаш, ты можешь ... сюда приехать, ёбаный насрал?!"

Сергей Полонский вызывает на стройку помощника президента Аркадия Дворковича

Чиновники, недовольные предстоящими перестановками в руководстве страны, спешно покидают свои кресла. Первой ласточкой, заявившей, что не пойдет в правительство к Медведеву, стал министр финансов Алексей Кудрин. Второй на очереди - Аркадий Дворкович. У него «нет повода для радости» в результате будущих перемен в тандеме, да еще и Кудрин (см.выше) был учителем, «сделавшим много хорошего для России».

Страсти накалились после того, как вслед за заявлением Медведева о том, что баллотироваться в президенты в 2012 году должен премьер-министр Владимир Путин, последовали слова о том, что сам он готов стать премьером. «Да уж, нет поводов для радости, - написал в своем твиттере советник президента по экономическим вопросам Аркадий Дворкович. - На малой спортивной арене Лужников лучше играть в хоккей». А министр финансов Алексей Кудрин сказал журналистам в Вашингтоне, что в правительстве Медведева работать не будет из-за имеющихся у них разногласий по экономической политике.

Медведев расправился с «несогласным» министром практически сразу, предложив, не дожидаясь выборов, написать заявление об отставке. Кудрин достойно выдержал удар, в тот же день уйдя со своего поста. Теперь шар на стороне Путина, который, по неписаным законам тандемократии, должен через какое-то время предложить Аркадию Дворковичу также написать заявление «по собственному желанию». Тем более что повод есть.

Секрет Полишинеля - то, что Аркадий Дворкович является давним лоббистом интересов бизнеса с подмоченной репутацией за заметно потвердевшую в последнее время американскую валюту. Например, известен случай, когда во время работы Всемирного экономического форума в Давосе помощник президента пытался за миллион долларов подвести к президенту Дмитрию Медведеву бывшего владельца «Евросети» Евгения Чичваркина, тогда скрывавшегося от Лондоне от российского правосудия. Правда, из-за того, что о предстоящей встрече опального бизнесмена и главы государства стало известно не только СМИ, но и Владимиру Путину, она так и не состоялась.

Летом персона Аркадия Дворковича всплыла со скандальной историей консультации с общественностью по поводу запуска туапсинского химического и новороссийского мазутного терминалов. Аркадий Дворкович пригласил своего друга, по совместительству журналиста и пиарщика, Владимира Соловьева, чтобы тот, используя общественные слушания и заказные публикации в СМИ, пролоббировал интересы бизнеса. Правда, в прессу попал «План мероприятий по созданию широкого общественного резонанса…», составленный Дворковичем и Соловьевым для заказчиков, который предполагал «эмоциональный шантаж», «инициирование общественного процесса против экологов» и т.д. В итоге Соловьевым и Дворковичем были затрачены значительные средства, чтобы хоть как то замять скандал.

В последний раз коррупционная связь помощника президента с скандалившимися бизнесменами всплыла буквально в минувшую пятницу. Если кто не в курсе, в этот день обанкротившийся предприниматель Сергей Полонский пытался отвоевать строительную площадку ЖК «Кутузовская миля», а брат Аркадия Дворковича Михаил обеспечивал этому процессу административную и пиар-поддержку. На всеобщее обозрение попал видеоролик, снятый сотрудниками Полонского, в котором тот выхватывает трубку у Михаила Дворковича и без всякого пиетета, требует от помощника президента Аркадия Дворковича, чтобы тот срочно приехал на стройплощадку. «Аркаш, ты можешь ... сюда приехать, ёбаный насрал!», - истошно орёт Полонский.

Антон Александров

ОПГ «Левчеговцы» - организованная правоохранительная группировка

Как работает доильный конвейер под крышей ГУ МВД по ЮФО

Когда министр МВД Рашид Нургалиев заявил, что в результате реформы в полиции «не осталось взяточничества, злоупотреблений служебными полномочиями, коррупции и прочего «негатива», он, конечно, поторопился, впоследствии лично признав свою ошибку.

Многим «особо ценным кадрам» все сошло с рук. Например, в ходе преобразования Следственного комитета при МВД в ведомственный Следственный департамент, из первоначального списка из 70 стопроцентно отказных кандидатов, почти все смогли аттестоваться. Аттестация выявила явно не всех «оборотней». Как и почему это происходит, знают сегодня даже старшеклассники. Всеобщий цинизм привел к тому, что напоминать о банальных вещах, вроде коррупции в правоохранительных органах и «продажных ментах», стало сегодня чуть ли не дурным тоном. Совсем иначе воспринимается это «неизбежное зло», когда речь идет о конкретных фамилиях, на совести которых не одна загубленная жизнь, и есть все основания думать, что они в сто первый раз уйдут от заслуженного наказания.

Вот сумел пережить «чистку», наверное, один из самых матерых «оборотней» в системе МВД РФ – зам. начальника следственной части Главного управления МВД РФ по Южному федеральному округу полковник Игорь Левчегов. Этот «офицер» прославился в Южном федеральном округе десятками заказных уголовных дел и причастностью к рейдерским захватам, а по своему влиянию и связям может соперничать со многим генералами МВД. Он и несколько его подчиненных, неприкасаемые для краевого УВД, прокуратуры, Следственного комитета, много лет наводят ужас на бизнесменов Кубани, возбуждая уголовные дела по сфабрикованным фактам, давно превратились в долларовых миллионеров.

Реформа МВД оказалась выгодным мероприятием – «плохие мальчики» со всей России бросились весной 2011 года в столицу решать свои проблемы с аттестацией. Среди них и Игорь Левчегов, получивший помощь от московского «решалы» Борисенко и одной из ветеранских организации спецслужб, имеющих отношение сразу к нескольким скандальным уголовным делам в ЮФО. Специалисты, подобные Левчегову, востребованы из-за своего умения виртуозно играть в «качели». Эта система с успехом работала у бандитов в начале 90-х и была взята на вооружение сотрудниками МВД, в то время «крышевавших» организованные преступные группировки. Правила остались прежними – если у коммерсанта есть деньги – скоро начнутся «проблемы» с правоохранительными органами. Урегулировать ситуацию за вознаграждение берутся посредники, в том числе, когда речь идет о больших деньгах, из Москвы. Игра идет до полного раздевания жертвы, после чего человека обычно «закрывают», либо, если отчаяние жертвы переходит в агрессию, калечат или убивают. Это вполне зрелый рынок, в России денежные регионы давно поделены между «специалистами» по оказанию подобных услуг.

Чем кормились коррумпированные «менты»

В Краснодарском крае приоритетными для подполковника Левчегова были высокоприбыльные отрасли экономики с серьезными финансовыми потоками: агробизнес, строительство, газ, нефть, электроэнергетика. О деловой активности «левчеговцев» в том или ином экономическом сегменте можно судить по списку их «жертв», хотя подавляющее большинство пострадавших от «группировки» молчат – они если не устранены физически, то запуганы и полностью раздавлены морально. Примеры преступлений «левчеговцев», ставшие известными журналистам, - это главным образом образец самоотверженности их родственников, решивших несмотря ни на что бороться с «оборотнями».

Предприниматель Евгений Коновалов, хозяин агрокомплекса «Новая жизнь» из Краснодарского края, провел в СИЗО несколько месяцев. Его посадили, чтобы замести следы, ведь сфабрикованное против него «левчеговцами» уголовное дело нужно было для того, чтобы вместе с группой рейдеров отнять его бизнес. Из-за серьезного общественного резонанса Коновалова пришлось освободить, но своих активов на сотни миллионов рублей, он практически лишился. Главе краснодарской девелоперской компании Андрею Малееву и его деловому партнеру Сергею Ляху, повезло меньше. За дело против Малеева и Леха, «левчеговцы» получили от заказчиков 8 миллионов рублей.

В итоге, пока Лех сидел в СИЗО по фальшивому уголовному делу, Малеев, в ходе «ночной беседы» с «правой рукой» Левчегова, старшим следователем Эдгаром Давидовым в декабре 2010 года, выпал из окна 5 этажа на отмостку, разбившись насмерть.

Менее известен другой пример. Вполне благополучная краснодарская строительная компания ООО «Кубаньгазстрой» получила многомиллионный подряд на реконструкцию в горах одного из важнейших стратегических газопроводов, снабжающих черноморское побережье природным газом. Условия и сложность выполнения контракта предусматривала наличие целого комплекса специальных работ, для исполнения которых генеральный директор А. Хаимов был вынужден привлечь множество подрядчиков и контрагентов. Они и стали главными объектами охоты для рейдеров под руководством Левчегова. Логика абсолютно бандитская: «если есть деньги – надо делиться», только утюги и паяльники заменяют заказные уголовные дела, а кожанки и спортивные костюмы – мундиры офицеров милиции. Общая сумма «отступных», которую «левчеговцы» планировали получить от свидетелей и фигурантов дела, не менее 5 миллионов долларов.

События развивались следующим образом. Дождавшись, когда в очередной раз отсутствовал, находясь на лечении, генеральный директор ООО «Кубаньгазстрой» А. Хаимов, тяжело и неизлечимо больной человек, его организацию посетили «маски-шоу». Практически мгновенно появилось сфабрикованное уголовное дело о фиктивном характере субподрядных работ и неуплате налогов. Не было ни одного предприятия среди поставщиков или подрядчиков ООО «Кубаньгазстрой», которое бы не подверглось в течение нескольких дней обыскам и погромам, некоторых из них обыскивали в выходные дни. Для дестабилизации работы предприятий изымались документы и ключи служебных машин и техники. Взлом сейфов, вскрытие дверей, обыск квартир и домов свидетелей в их отсутствие, незаконная прослушка телефонов – это обычные методы работы команды Левчегова.

Кроме изъятия по традиционному сценарию документов и компьютеров, часть которых не возвращена до сих пор, основной задачей было запугать сотрудников предприятия, чтобы они дали свидетельские показания на руководителей, а те в свою очередь на более влиятельных и состоятельных людей, порой не имеющих никакого отношения к этим событиям – по терминологии Левчегова - «жирных коммерсов».

Обвинение полностью противоречило фактам: Субподрядчик «Кубаньгазстроя», фирма «Донстройподряд» полтора года занималась земляными работами и устройством габионов, а техника для этого арендовалась ими у ООО «Газстрой-СГРС». Все сорок с лишним рабочих «Донстройподряда» регулярно получали зарплату. Кроме того,

люди, работавшие в охранной зоне на этом спецобъекте известны поименно, так как в обязательном порядке аттестуются госорганами, этому есть многочисленные документальные подтверждения Росстройнадзора и Ростехнадзора и других контролирующих организаций. Лжеследствие превратилось в шантаж: в рамках него, каждому из подозреваемых, в зависимости от его платежеспособности, соратниками Левчегова рисовались цифры от 2 до15 миллионов рублей за то, чтобы его фамилия исчезла из уголовного дела. Те из свидетелей и контрагентов «Кубаньгазстроя», кто поддался на шантаж бандитов в погонах и заплатил, теперь платит им регулярно. Генеральный директор ОАО «Краснодаркрайгаз» Сергей Комиссаров, по оперативным данным, был вынужден выложить «левчеговцам» 60 млн. рублей.

На бизнесменов, отказавшихся платить, по-прежнему давят и угрожают, продолжается преследование Хаимова. Хотя уголовное дело выдумано на пустом месте и давно зашло в тупик, оно до сих пор не закрыто, а было переквалифицировано и передано в 2010 году от следователя Евгения Иванько другому члену группировки, следователю Эдгару Давидову.

Стрельба из пистолетов «Глок»

Немного позитива: реформа МВД сделала Левчегова чуть скромнее, ему пришлось затаиться на время, группировка даже понесла болезненные потери: вынужденно было закрыть дело Коновалова, спрятан «в тень» майор Евгений Николаевич Иванько, которому Левчегов обязан своей свободой и карьерой. Именно Иванько помог 10 лет назад «развалить» уголовное дело на Игоря Левчегова. Об этом, закончившемся трагически случае левчеговского «беспредела», ни разу не сообщали, ни местные, ни центральные СМИ.

…30 ноября 2001 года Игорь Левчегов, действующий офицер МВД РФ в служебное время приехал личном автомобиле «Фольксваген» (гос.номер О400ТК23) к дому № 60 по улице Шевченко г .Краснодар, вместе со своим друзьями Виктором Глушко и Виталием Малышевым. На месте Левчегов и его спутники учили групповые хулиганские действия, по схеме «трое с оружием против одного безоружного», в отношении гражданина Кисленко Сергея Юрьевича 1974 года рождения, безработного, зарегистрированного и проживающего по вышеуказанному адресу. Вынужденный заступаться за собственного сына гражданин Кисленко Сергей Петрович 1949 года рождения, работник управления соцзащиты Карасунского округа г. Краснодар в состоянии аффекта завладел одним из пистолетов насильников (Glock калибр 9 мм, производство Австрия) и отстреливаясь от нападавших, ранил Левчегова в левую ягодицу и левое бедро, Глушко в пах, а Малышева – в область головы. Возвратившись в квартиру, Кисленко Сергей Петрович осознал трагизм случившегося и, не выдержав сильного эмоционального потрясения, покончил жизнь самоубийством выстрелом в голову из вышеупомянутого пистолета Glock.

Возмущенные жители многоквартирного дома, ставшие невольными свидетелями злостного хулиганства Левчегова и двух его друзей, подняли шум. Кисленко-страшего и раненых Левчегова, Глушко и Малышева доставили на автомобилях «скорой помощи» в городскую больницу ХБК, где Малышев и Кисленко-страший скончались.

Через полчаса на место преступления прибыли многочисленные сотрудники правоохранительных органов, в том числе:

начальник OM-2 УВД по Карасунскому округу г. Краснодара, начальник службы криминальной милиции УВД г. Краснодара, зам. начальника отдела уголовного розыска УВД по Карасунскому внутригородскому округу г. Краснодара, а также прокурор Карасунского округа г. Краснодара.

…По решению прокурора Карасунского округа г. Краснодар в отношении Левчегова, Глушко и Малышева было возбуждено уголовное дело по ст. 107 УК РФ (убийство) и ст. 213 ч.3 УК РФ (злостное хулиганство). В качестве улик с места преступления, а также при осмотре автомобиля Левчегова был изъят автоматический пистолет Glock № BEX314 c 4 боевыми патронами и еще один пистолет нападавших ИЖ-71 № ВМВ1862 кал.9мм и две обоймы к нему с 15 боевыми патронами. Также было изъято служебное удостоверение СМР 69788, выданное 24 декабря 2000 года подполковнику юстиции Левчегову Игорю Николаевичу (личный номер 129844) южным региональным Управлением МВД РФ по борьбе с организованной преступностью…

Вести уголовное дело Левчегова было поручено именно Иванько Е.Н., в то время следователю Карасунского УВД города Краснодара. Тогда Левчегову удалось избежать ответственности, как удается и сегодня. Руководителям силовых ведомств ЮФО не хватает ресурсов и влияния, чтобы освободить ряды МВД от «бандитов в погонах». Так что сегодня полковник Игорь Левчегов, совершив не один рейс в Москву к своим покровителям, готовится надеть мундир полицейского и, возможно, будет требовать во время допросов назвать его «господином».