понедельник, 16 июля 2012 г.

Сумма без технологий


Одна из самых непрозрачных компаний России пытается установить монополию на зерновом Рынке
Запад любит российские деньги, когда их вкладывают, например, в футбольные клубы. Но с определенной степенью настороженности относится ко многим владельцам крупных российских состояний. Что неудивительно. Ведь если с происхождением состояния Билла Гейтса или Дональда Трампа всё более-менее понятно, то откуда внезапно взялись миллиарды у российских олигархов чаще всего выглядит загадкой. Возможно именно поэтому на недавно проходившем в Санкт-Петербурге экономическом форуме звучали прекрасные слова о том, что Россия входит в новый этап ведения бизнеса, когда всё что происходит на рынке должно быть максимально открытым, честным и понятным. То есть, не так, как это было в 90е годы. Остается лишь надеяться, что это действительно так и будет, а не останется лишь благими пожеланиями.

Восток - дело тонкое
Возможно одно из главных отличий стиля ведения бизнеса на Западе по сравнению с тем, как капиталы зарабатываются в странах третьего мира является специализация. Тот же Билл Гейтс как известно занимается программным обеспечением и отчасти производством компьютерного оборудования, а Дональд Трамп - строительными проектами и индустрией развлечений. Если бы они вдруг начали бы заниматься фармацевтикой и производством продуктов питания, это было бы весьма странно. Ибо одним из главных конкурентных преимуществ на развитом рынке считаются компетентность, специализация и профессионализм. Но в каком-нибудь Египте местные олигархи могут заниматься абсолютно всем. Ибо в подобных странах главное не ноу-хау, а нужные знакомства. Россия, увы, тоже не является исключением. Тут часто действует принцип очень точно сформулированный в фильме «Брат» героем Виктора Сухорукова: «Бизнес будем делать. - А чем заниматься-то? - Как чем? Бизнесом!».
Одним из самых ярких примеров подобного «делания бизнеса» является российский холдинг «Сумма» принадлежащий выходцу из Дагестана Зиявудину Магомедову. Начав торговать более двадцати лет назад электроприборами, он теперь занимается и нефтью, и газом, и телекоммуникациями, и строительством, и СМИ и банковским делом. На слуху же группа появилась после скандальной реконструкции Большого театра, которую вела подконтрольная «Сумме» компания «СУИпроект» №1. Тогда ведущий танцор Большого Николай Цискаридзе обвинил строителей в использовании новодела: во множестве мест ценные антикварные бронзовые дверные ручки заменены дешёвыми железными, вместо хрусталя в светильниках сплошь и рядом пластмасса, а взамен сусального золота, которого по официальным данным ушло свыше 4 тонн, наблюдается золотистая краска. При этом, потрачено на реконструкцию было не 21 млрд руб., как планировалось, а 34,5 млрд.
Впрочем, скандалы не мешают «Сумме» активно внедряться на новые рынки: так, недавно Зиявудин Магомедов заявил в интервью Financial Times, что верит, что через несколько «Сумма» вырастет в одну из крупнейших в мире транспортных и логистических компаний. На чем основана такая уверенность?
Конкуренцию тут не любят
Считается, что в гору Зиявудин Магомедов и его брат - Магомед Магомедов пошли, после того, как познакомились с бывшем руководителем «Транснефти» и «Олимпстроя» Семеном Вайнштоком. Якобы помогли тому навести порядок в городе Когалым, когда Вайншток возглавлял ЛУКОЙЛ-Когалымнефтегаз. Так или иначе, но в начале 90-х все знали, что регулируется жизнь в городе не судами и милицией, а «дагестанскими формированиями». Совпадение или нет, но вскоре у «Суммы» появился свой нефтегазовый бизнес.
Недавно именно контакты в Траснефти в результате позволили «Сумме» заняться транспортом и логистикой. Именно совместно с этой госкомпанией «Сумма» приобрела полтора года назад фирму Kadina ltd, которой принадлежит контрольный пакет Новороссийского морского торгового порта. И неважно, что в результате самой «Сумме» не принадлежит контрольный пакет этого стратегического предприятия. Куда важнее другое - не формальный, а фактический контроль, который Магомедов над ним имеет.
Именно этот контроль, как поговаривают на рынке, и позволил «Сумме» войти в капитал (до последнего времени на 100% государственной) «Объединенной зерновой компании» (ОЗК). Якобы, используя именно свой контроль над портом «Сумма» сумела надавить на экспортёров зерна и под угрозой прекращения отгрузок зерна через порт заставить их подписать коллективное обращение к вице-премьеру правительства Игорю Шувалову. После этого у него было проведено экстренное совещание, на котором было принято решение провести в пользу «Суммы» допэмиссию крупного (50% минус одна акция) пакета акций. Этот пакет передается «Cумме» взамен на обещание выплатить за него 5,951 млрд рублей.
ОЗК – компания возникшая совсем недавно. Она была создана по схеме, схожей с созданием в свое время «Объединённой авиастроительной корпорации». Правительство в 2009 году свело воедино все свои активы в зерновой отрасли – элеваторах, перевалочных базах и логистических компаниях – всего 31 крупной компании расположенных в 18 субъектах федерации – и передало их в ведение акционерного общества. Поскольку принадлежит оно государству, председателем совета директоров ОАО «ОЗК» вполне закономерно стала министр сельского хозяйства Елена Скрынник. Почему приватизация этого признанного стратегическим предприятия была проведена столь поспешно и через конкурс, а не через аукцион или IPO, как предлагали многие участники рынка? И главное, что этот рынок теперь ждет?
Ведь пообещав выплатить меньше шести миллиардов, «Сумма» фактически начинает контролировать интервенционный зерновой фонд, который оценивается в 45 млрд. То есть фактическую возможность монопольно контролировать рынок и цены на нём. Тот аргумент, что у «Суммы» нет контрольного пакета компании в расчет можно не принимать. Напомним, что в Новороссийском морском торговом порту у нее также нет контрольного пакета, но это не мешает компании Магомедова фактически его контролировать. Да чисто формально, пока (надолго ли) контрольный пакет «ОЗК» всё ещё остается в руках государства. Но российский бизнес, или как еще любят говорить «частно-государственное партнерство» тем и отличается от бизнеса в других частях света, что неформальное в нем ценится куда больше формального. А то что страдает от этого в результате и рынок, и мелкие производители и потребители – мелочи.
Кстати насчет порта. Кроме него «Сумма» контролирует и крупнейший зерновой терминал страны – также «Новороссийский. Теперь к этому хозяйству присоединится и Новороссийский комбинат хлебопродуктов. Ну а если добавить к этому возможности по влиянию на зерновых трейдеров которые теперь появляются у «Суммы» из-за госфонда (а это 9,5 миллионов тонн зерна) то еще одной монополией России становится больше.
В результате российским сельхозпроизводителям, которые и так чаще всего еле сводят концы с концами, придется потуже затянуть пояса. Цены на хлеб внутри страны, скорее всего теперь будет диктовать «Сумма».