пятница, 14 сентября 2012 г.

Сергея Салия арестовали за легальный ломбардный кредит

Полиции надо бы подучиться азам экономики

В начале сентября был арестован московский предприниматель Сергей Салия, а в «Смоленском Банке», в котором он обслуживался, произведена выемка документов, касающихся его деятельности. Следствие подозревает, что Салия, при участии банка, разработал и реализовал мошенническую схему, благодаря которой десятки москвичей лишились своих квартир и стали бомжами.
Однако при рассмотрении этой «мошеннической схемы» выясняется, что она является ни чем иным как... ломбардной ипотекой. То есть – легальным финансовым инструментом, известным уже тысячелетия и с успехом работающим во всем мире. Да и бомжом «благодаря» Салии и «Смоленскому Банку» никто не стал.
Ломбардная ипотека - это «ипотека наоборот». Если в классической ипотеке вы берете кредит, чтобы приобрести жилье, то здесь вы закладываете готовое жилье, чтобы получить «живые деньги». На Западе подобная практика используется очень широко: всякая недвижимость обязана приносить доход, а если она не находится в закладе, попросту считается мертвым капиталом. Под залог своего жилья люди получают деньги, которые используют самым различным образом: покупают новое жилье, создают новые бизнесы, учатся на эти деньги. Вспомните – сколько раз вы слышали в голливудских фильмах фразу «наш дом заложен»? И это вовсе не значит, что герои на пороге банкротства. Просто они взяли деньги на что-то нужное под свой дом. А после погашения такого кредита они возвращают себе право собственности на заложенную недвижимость. У нас же развитие ломбардной ипотеки сдерживается в основном двумя факторами.
Первый из них – психологический. Большинство граждан имеет в своей собственности единственное жилье, в котором, собственно, и проживает. Поэтому люди просто боятся закладывать такое жилье – а что если кредит вовремя не выплатишь? Превратишься в бомжа? Но российское законодательство, в отличие от большинства западных стран, не позволяет кредитору выгонять несостоятельного заемщика из единственного жилья – это и есть второй фактор. Поэтому кредитные организации не рассматривают такие квартиры в качестве залога и не выдают под них кредиты. Они готовы давать кредиты только под такое жилье, которое у собственника второе, третье и т.д. То есть, под ту недвижимость, которая приобретена, для капиталовложения и, таким образом, по закону подлежащее отчуждению. А таких, в общем, немного.
И вот – 2008 год. Финансовый кризис. Банки свернули свои кредитные программы и практически перестали выдавать кредиты без обеспечения. И малый бизнес оказался на грани краха – он ведь привык пользоваться «кредитами на развитие бизнеса», а их не стало. В этих условиях многие предприниматели всерьез задумались о том, чтобы получить кредит под обеспечение своего единственного жилья – не до жиру, быть бы живу – но банки им отказывали, так хорошо понимали, что в случае непогашения кредита отсудить такое обеспечение будет совсем непросто. И вот тут-то Сергей Салия придумал, как превратить жилье заемщика в достаточно привлекательный залог для обеспечения кредита.
Суть его идеи заключается в следующем. Банк выпускает вексель, а Салия покупает этот вексель у банка. Затем он заключает договор купли-продажи с владельцем квартиры – и оплачивает его этим банковским векселем. Этот договор предусматривает право выкупа квартиры прежним владельцем и право его проживания в ней на весь период действия договора. Затем продавец квартиры шел в банк с векселем и без всяких проволочек получал под него кредит. После погашения кредита получал в банке вексель назад и за него осуществлял обратный выкуп своей квартиры у Салия. Ну а Салия возвращал вексель в банк – и получал немного больше, чем за него платил. То есть – модель ломбардной ипотеки с учетом особенностей российского законодательства, запрещающего отчуждение единственного жилья.
Сергей Салия, конечно, осознавал, что все это для него достаточно рискованно. Но у него были немалые свободные финансовые средства, которые «горели» в пламени начавшейся в кризис инфляции. Вместе с тем, он рассчитывал, что большинство россиян – добросовестные люди, которые погасят кредит и таким образом проблем у него не возникнет. Он также предполагал, что будут такие люди, которые продадут ему не единственное свое жилье, и в случае неуплаты кредита никакой коллизии с законом у него таким образом не возникнет. Ну а если кто-то и не сможет вовремя погасить кредит, он уж потерпит и дождется полной выплаты кредита – и уже тогда сможет вернуть свои деньги. В общем, решил рискнуть.
И Сергей Салия пришел с этим предложением в «Смоленский Банк». Именно в этот банк он обратился потому, что много лет в нем обслуживался и имел репутацию солидного и надежного клиента, и при этом «Смоленскому банку» такое дело по профилю: ведь «Смоленский» - один из крупнейших в России операторов рынка потребительского кредитования.
В банке предложение Сергея Салия внимательно изучили, проверили на юридическую чистоту – и согласились. И более того, увидели, что банк в этих условиях никакого риска не несет, что позволяет установить низкую ставку кредита – 24%, которая в кризисных условиях представлялась весьма привлекательной. В результате появился соответствующий кредитный продукт.
Всего им воспользовалось несколько сот москвичей. Большинство из них уже давно погасили кредит, вернули квартиры в свою собственность, а полученные таким образом деньги помогли им пережить тяжелое время. Многие из них испытывают чувство искренней благодарности и Сергею Салия, и банку, и теперь стали постоянными клиентами банка.
Были случаи, когда люди вовремя не могли гасить кредит – в этом случае Салия ничего не предпринимал, просто ждал полной уплаты кредита, и, в конце концов, после погашения кредита, продавал им их квартиру назад. И до настоящего времени есть люди, которые еще продолжают гасить кредит, пусть и не своевременно – никто их никуда не выбрасывает, банк ожидает полной выплаты кредита, а Салия – возврата ему векселя, после чего незамедлительно вернет им квартиру.
Впрочем, было и несколько случаев, когда несостоятельных должников пришлось выселять из квартир – но только в том случае, когда у них было и другое жилье, на улицу никто выкинут не был, что полностью соответствует отечественному законодательству.
Но вот о чем не подумал Сергей Салия – о том, что он нарвется на кредитных мошенников. Среди получивших такой кредит оказалось несколько десятков людей, которые решили, что таким образом они и кредит смогут получить, и возвращать его не придется, и квартиру в свою собственность им вернуть удастся. Для достижения своей мошеннической цели эти граждане развернули бурную деятельность…
Прежде всего, они провели массированную информационную кампанию против Салия и банка, обвиняя их в мошенничестве, благо интернет это позволяет. В блогосфере появились слезливые истории о том, что десятки москвичей таким образом превратились в бомжей. На это «купились» некоторые СМИ, которые растиражировали это вранье. На поводу у мошенников пошел даже уважаемый телеканал РЕН-ТВ,сделавший об этом пространный репортаж. 
Эту деятельность координировал один из недобросовестных заемщиков, некий господин Романов, проявивший в недюжинную прыть.
Этот самый Романов тоже взял в «Смоленском банке» кредит под квартиру, полученную в подарок от родителей. В ней никто не прописан и не проживает.
При получении кредита, Романов рассказывал Сергею Салия, что деньги нужны ему для покупки автомойки на одной из самых оживленных магистралей в центре Москвы. Что ж, благое дело – начать «свое дело». Только вот Евгений Романов его так и не начал. Деньги, судя по всему, «профукал» - просто прогулял, платежей по кредиту не производил вообще. Банк сначала писал требование на возврат кредита (под которым Романов даже подписался, но так и не начал выплат), потом банк с Романовым судился. Суд признал правоту банка и обязал должника выплатить кредит – но выплат банк так и не добился. По указанному в договоре адресу Романов не появляется, его телефоны молчат. Кредит, во исполнение решения суда, Романов также не гасит. Вместо этого он активно поливает банк грязью – и в Интернете, и в СМИ, которые купились на его «сиротскую историю».
На этом информационном фоне кредитные мошенники начали забрасывать своими заявлениями различные инстанции, и, в конце концов, им удалось «достучаться». Московская полиция возбудила уголовное дело против Сергея Салия по статье 159 УК РФ (мошенничество) и даже взяла его под стражу.
На суде по определению меры пресечения следствию удалось добиться ареста Салия, несмотря на то, что прокуратура не усмотрела в его действиях состава преступления. Судя по всему, в прокуратуре знают, что такое ломбардный кредит, а вот следователю такое понятие неизвестно, и он считает это мошенничеством.
Может быть, вместо того, чтобы возбуждать уголовное дело против предпринимателя, заключающего, в рамках своих полномочий, законные сделки, и арестовывать его, полиции лучше просто подучиться?
А то создается впечатление, что Следственное управление ГУ МВД по городу Москве, с появлением нового руководителя - генерала Владимира Морозова, перестало руководствоваться в своей работе УК РФ, и берет за основу советский Уголовный Кодекс.
Россия уже в ВТО вступила, ей о благоприятном инвестиционном климате думать надо, на что и брошены силы Администрации Президента и всего Правительства – и тут вдруг, у всех на виду, полиция арестовывает предпринимателей за легальное предпринимательство! И это - в столице, где, по определению, полицейские начальники, которым в руки дали «дубину борьбы против преступлений в сфере экономики» должны разбираться хотя бы в азах этой самой экономики!
Так, не ровен час, в традициях СССР, весь бизнес может быть объявлен Следственным управлением ГУ МВД по Москве сплошным «мошенничеством» и «спекуляцией». И что тогда? Ретивые полицейские, начав с ареста риелтора Салии за работу с легальными и общеизвестными ломбардными кредитами, перенесут свои усилия, скажем, на «Ашан» - обвинив его в спекуляции, «Райффайзенбанк» - за валютные операции, или, на «Люфтганзу» - за ограничение свободы человека на период перелета? И пересажают представителей всех торговых сетей, авиакомпаний, банков и прочих бизнес-структур? А почему нет? Креатив полиции, не знающей азов экономики, может быть столь же безграничен, сколь и непредсказуем. Только вот, оплачивать этот «полицейский креатив» и его макроэкономические последствия придется российским налогоплательщикам, а отдуваться за него – Президенту. Перед всем миром.